«Сейчас такой год - всем нам дан карт-бланш на чтение, самоуглубление, познание» — Новости землячества — Новостной блок — Пермское землячество

Наши именинники

Кузнецова Светлана Геннадьевна
Мокеева Ирина Алексеевна
Мордовин Борис Анотольевич
Пихтовников Юрий Владимирович
Харламенкова Людмила Васильевна

«Сейчас такой год - всем нам дан карт-бланш на чтение, самоуглубление, познание»

3 апреля 2020

КНИЖНЫЙ ШКАФ. Рубрика, в которой известные пермяки делятся своими литературными предпочтениями. Герой этого выпуска - актер, музыкант, капитан легендарной команды КВН «Парма» Александр Смирнов.

Я выкрашу комнату светлым;
Я сделаю новые двери.
Если выпадет снег,
Мы узнаем об этом только утром.
Хороший год для чтения,
Хороший год, чтобы сбить со следа;
Странно – я пел так долго;
Возможно, в этом что-то было.
Возьми меня к реке,
Положи меня в воду;
Учи меня искусству быть смирным,
Возьми меня к реке.


«Хороший год для чтения…»

В смысле чтения я был самым обычным советским ребенком. В моем окружении не было ни библиофилов, ни книгочеев, но времена тогда были такими - читать было принято. Все что-то читали. Я вырос в небольшом поселке, но даже там было порядка четырех-пяти общественных библиотек, не считая школьных. Помню, еще не научившись читать, я обманывал взрослых: брал в руки книгу, открывал ее на любой странице, нес всякую околесицу, которая приходила в голову, а взрослые делали вид, что верят и от души хвалили меня. Из самостоятельно прочитанных книг в числе первых были «Буратино», «Незнайка на Луне», серия Волкова про Элли и Изумрудный город… Особенно запала в детскую душу книжка Эно Рауда «Муфта, Полботинка и Моховая Борода» - удивительно теплая и уютная книжка для детей, сейчас, похоже, почти забытая.

Есть такое утверждение в психоанализе, весьма, впрочем, необъективное, что первая любимая книга ребенка – сценарий его будущей жизни. Так вот, моя книга — это «Приключения Буратино». В моем случае это и есть моя жизнь: я актер в театре режиссера Карабаса-Барабаса (никого конкретно не имею в виду).

Увы, чтение само по себе для меня никогда не было физической потребностью. Мне всегда приходится себя немного заставлять, и даже интернет тут ни при чем, хотя он и не добавляет времени для чтения. Скорее, я подвержен некоей периодичности в чтении. У меня всегда на столе пара-тройка книг, с которыми у меня отношения как у пациента с вялотекущей болезнью, но иногда возникают периоды бурных отношений. Месяц, полгода или год напролет я читаю. Именно поэтому в заголовке строчка любимого мной Бориса Гребенщикова «Хороший год для чтенья». Вот и сейчас, мне кажется, такой год. Нам всем как бы дан карт-бланш на чтение, самоуглубление, познание. Наверное, я еще из того поколения, которому книгу, в конечном итоге, ничто не сможет заменить, поэтому для меня жизнь без книг – фуфло.

Диапазон жанров зависит опять же от многих причин: от настроения, необходимости, времени года в конце концов. С детства обожаю остросюжетную литературу, могу увлечься ей так же страстно, как вся страна в свое время увлеклась, скажем, Акуниным. Вообще, обожаю жанр детектива, причем самый разный, вот, например, так называемые интеллектуальные детективы Артуро Перес-Реверте. Русский роман, пожалуй, тоже любимый жанр. В молодости сильно увлекал Достоевский, позже Толстой, теперь, пожалуй, Тургенев. А вот с фантастикой не задалось, не люблю. Знаком с ней, конечно, на уровне Рэя Бредбери, Азимова и Стругацких, но любовных отношений с этим жанром не сложилось.

Чтение само по себе следовало бы разделить на несколько частей. Есть то, что читается по надобности или по работе, есть то, что читается для себя. Что-то читаю по надобности, это может быть книга, которая может потенциально стать материалом для спектакля, так было с Антологией советской неофициальной поэзии Сапгира, которая реализовалась в чтецкую программу «Поэзия тунеядцев». Или вот биографические книги, например, недавно прочел прекрасную книгу Кшиштофа Меира о Шостаковиче, она издана в серии ЖЗЛ. Кто знает, может быть во что-то театральное этот материал в конце концов когда-нибудь реализуется. Когда жил в Москве, завел привычку читать в метро — это очень полезно. Прочитал тогда гору всего, в этом смысле от всех читающих метрополитену нужно ставить памятник. С надписью «Образованная Россия русскому метрополитену».

Отдельный вид чтения с недавних пор – религиозные книги. Это Тора и весь невообразимый массив священных иудейских текстов и книг окружающих, комментирующих и трактующих ее. Читаю, конечно, в переводах, и не так чтобы очень уж много. Это тот вид знания, который надо не читать, а учить. Это огромный мир, целая Вселенная текстов, работа на всю жизнь.

Не думаю, что смогу назвать с ходу 10 любимых книг (как предполагает рубрика - прим.ред.). Их много и не хочется никакую из них обижать. Но есть книги, которые отозвались на всю жизнь чем-то формирующим мой мир. Это, наверное, «Евгений Онегин» - со школьной скамьи возвращаюсь к нему, перечитываю и никогда не устаю. Помню, в школе даже подражать пытался, описывал одноклассников в онегинском стиле, по-моему, абсолютно бездарно, но увлекало это меня невероятно. 

«Братья Карамазовы». Был ушибленным после прочтения этого романа, наверное, месяц. Читал его, к тому же, лежа в больнице, и, как мне кажется, вообще стал немного другим человеком после него.

Ну, и «12 стульев» с «Золотым теленком» вместе взятые. Поражаюсь, как это можно было написать вдвоем, но, с другой стороны, быть может только вдвоем такое и можно было придумать. Тут идеально все – сюжет, персонажи, стиль, юмор. Эта книга (я эти два романа не отделяю друг от друга, именно «книга» в единственном числе) лежит в матрице многих советских людей, и я из их числа. Это код, по которому мы узнаем друг друга в любой точке мира, в любой ситуации и в любом состоянии.

Ключевые слова: книжныйшкаф

Социальные комментарии Cackle

Подписаться на новости
Пожалуйста, подождите